"Животные снаружи смотрели со свиньи до человека, и с человека до свиньи, и снова со свиньи до человека; но уже было невозможно различать, кем был, кто".
Так он заканчивается "Восстание в Ферме" Orwell и так это было введение проявлений, созванный синдикатами CCOO и UGT под девизом "В защите пенсий".
Несколько депутатов социалистической партии Испании приезжали этим вечером в созванное проявление, в упражнении цинизма на достойной проволоке любого эквилибриста в использование.
Синдикаты - часть проблемы, соучастники кризиса, в который Сапожник погрузил эту страну и на данный момент paripé в форме мобилизаций только служит для того, чтобы охранять формы накануне тех, кто оплачивают его квоты приема и перед абсолютно недоверчивым общественным мнением перед жестами любого характера.
Какой Méndez и Toxo проявились улыбающиеся и горделивые сопровожденные теми же социалистическими депутатами, которые голосуют в пользу экономических средств, против которых, видимо, они протестуют, это фарс с недействительным правдоподобием и трагикомическими эффектами.
Они проявляются дружные, складки руки под девизами, как "Я Сразился против ПП, и меня обманул ZP", в упражнении глупости и гнусности исключительно в пределах досягаемости эта автохтонная левая сторона.
В конце романа Orwell, диктатуры Napoleón и его последователей посвящает себя абсолютным способом, когда животные спрашивают в осла, Младший сын (один из немногих, который умел читать) о, каково единственное распоряжение, которое остается письменным. Это седьмой, подобающим образом измененный свиньями:
- "Все животные равны, но какие-либо более равны, чем другие".
No comments:
Post a Comment